А можеш меня скемно познакоминь

An Archive of Our Own, a project of the Organization for Transformative Works. Выключи. Она гасит, снимает белье в темноте и лезет к нему под одеяло. – Ты не можешь? Ты меня с ними познакомишь, – хмыкает старик. его чашкой, стукает по донышку – и вынимает пирожное из-под крышки стола, а под. А ты разве не можешь мне объяснить? Пойдем, я познакомлю тебя с ним. На улице было уже темно, но от центрального здания исходил едва.

Деревенские работали в поле или на огородах, кто-то уехал в районный город на заработки. Пройдя почти до конца деревни, Сашка остановился, развернулся и пошел обратно в сторону дома. Да и, честно сказать, поскорее хотелось вернуться, так как он очень боялся встретить местных мальчишек.

Постоять за себя ему не хватало мужества, а дать сдачу не хватало сил. Это в компьютерных играх он был героем, одним из лучших стрелков, а здесь, в реальности, он совершенно иной — слабый, нерешительный и даже трусливый. В дверях дома он столкнулся с отцом. Всё, сынок, уезжаю, остаешься с бабушкой. Слушайся ее, далеко не ходи. Если что, я всегда на связи. Кстати, о связи, — отец многозначительно протянул руку.

Все приборы, мешающие полноценному отдыху, должны быть оставлены. К тому же, так тебя точно ничто не будет отвлекать от чтения. Сашка с неохотой достал из кармана мобильный телефон и отдал отцу. Итак, мой дорогой, я уезжаю в город, приедем с мамой на следующей неделе… Не скучай. Но не потому, что его отъезд оказался таким скорым, а потому, что вместе с ним умчалось и то, что связывало с миром мобильных технологий и Интернета.

Вечером после ужина, когда бабушка убирала со стола, Сашка неожиданно вспомнил про книгу, которую с таким негодованием бросил на скамейке. Он хотел было пойти ее забрать: Кажись, правитель был такой, в школе о нем еще изучали, помню. Только не помню, в каком классе.

Хороший, по-моему, был правитель, любили его все. Ах да, он еще всех немцев, кажись, подо льдом утопил. Они пришли к нему, а он им: Ну, он их всех и утопил, — простодушно ответила бабушка. Может, руками, а может, не руками… Помню, что потопил, а как — не помню, — пожав плечами, ответила старушка. Может, с утра что и припомнится. Что же это за человек такой, о котором даже бабушка знает?

Он выскочил за порог, нащупал в потемках книгу, оставленную на скамейке, быстро схватил ее и вернулся в дом. Ну что ж ты меня не слышишь, внучок? Бабушка, завидев внука с книгой, даже замедляла шаг и старалась двигаться как можно тише, чтобы не отвлекать его от чтения. Нет, он не читал — он будто проживал жизнь князя. Вот он собирает свое небольшое войско и, не дожидаясь подмоги от отца, скрытно приближается к устью Ижоры, где остановились на отдых враги.

Вот он уже едет к царю азиатскому — хану Батыю — и договаривается о том, что не будут грабить татары земли Суздальские, где правят его отец, братья и он. И снова новгородцы с поклоном едут в Переславль-Залесский к Александру Невскому, слезно умоляя освободить их от захвативших город шведов.

И везде он выходит победителем, и на всей земле не находится ни одного врага, который заставил бы подчиниться этого бесстрашного и мудрого полководца и правителя. Через три дня Сашка захлопнул книгу и закрыл. Нужно было срочно с кем-то ими поделиться.

Через секунду ответ пришел. Когда Сашка влетел в библиотеку, Никифор Петрович по-прежнему сидел за столиком над книгой, будто никуда и не уходил. Мальчик присел на рядом стоявший стул и перевел дыхание.

Расскажите мне еще, — выпалил Сашка. А что именно ты хочешь знать? Было забавно, — улыбнувшись, вспомнил Сашка. Дело в том, что через два дня ко мне в гости приедут мои дорогие доченьки со своими сорванцами.

Мальчишки и девчонки у них активные, любознательные и, как и все в моей большой семье, очень творческие. Занимаются в кружках, любят петь, рисовать, кто-то сочиняет стихи, а кто-то уже пробовал писать небольшие пьесы.

Каждый год примерно в это же время они приезжают ко мне погостить и по традиции проводят концерт для всей деревни, поют песни, танцуют, устраивают разные конкурсы.

Все наши бабушки от этого в полном восторге и всегда с нетерпением ждут их приезда. Так вот, есть у них такая игра, где каждый из ребят изображает известную историческую фигуру, а зрители должны угадать.

Если хочешь поучаствовать, приходи, я тебя приглашаю. Каждый готовит свой образ. Не бойся, одна из моих дочерей профессиональная художница, она всегда всем помогает. Тогда я обязательно приду к вам, обязательно! Два дня тянулись для него невыносимо долго, ничего не хотелось делать, но от этого время шло еще медленнее, и, чтобы хоть как-то его ускорить, он стал помогать бабушке по хозяйству, чему старушка, конечно же, была очень рада.

Наконец родственники Никифора Петровича шумно заселились в его небольшом деревянном домике неподалеку от библиотеки. Дверь была не заперта. Он прошел через сени — и растерянно остановился. Дом казался буквально набитым детьми. Они были повсюду, бегали, прыгали, беспрестанно что-то кричали, падали, вставали, смеялись, плакали и вновь смеялись.

Дедушка хлопнул три раза в ладоши и громко произнес: Ребятишки дружно обступили Сашу.

В клуб в рубашке ? А почему не в шкуре животного и без бубна ?

Сашка улыбнулся и застенчиво опустил голову. Ребятня дружно уселась за стол и в предвкушении интересных заданий взволнованно притихла. Ольга Никифоровна принесла коробки с разноцветной бумагой, красками, тканями, карандашами, пуговицами и множеством других полезных предметов. И не забывайте, пожалуйста, класть то, что уже вам не нужно, на место. Дети, вскочив, с азартом принялись извлекать из коробок разные принадлежности. Сашка робко сидел на своем стуле и, не двигаясь, смотрел на происходящее.

Кем ты хочешь быть? Взяв несколько листов бумаги и карандаш, Ольга Никифоровна подвела Сашку к окну и присела. Очень важно, чтобы он был узнаваем. Как ты считаешь, что в твоем образе самое отличительное? Наверное, самое главное — это шлем, — предположил Сашка. Но, помимо шлема, на нем еще была кольчуга, а в руках он держал меч. Кстати, меч в твоем образе будет играть очень важную роль. Именно он станет для всех подсказкой.

Помнишь, что Александр Невский, выступив на защиту Новгорода, велел передать своим врагам? Эту фразу ты произнесешь, когда будешь рассказывать о своем герое. Показав и подробно объяснив, как сделать из бумаги шлем и другие части костюма, Ольга Никифоровна пошла проверять работу других ребят, а Сашка погрузился в кропотливое создание своего образа.

Часы за работой бежали так быстро, что никто не заметил, как наступил вечер. Попрощавшись со своими новыми знакомыми, Сашка побежал домой, чтобы утром, вернувшись, снова продолжить свое увлекательное занятие. Укладываясь спать, мальчик впопыхах рассказал бабушке о том, что он готовится к важному событию, где будет изображать одного выдающегося человека.

Правда, имя произносить отказался, чтобы бабушка случайно не проболталась раньше времени и не выдала его другим. На следующий день приехала и вторая дочь библиотекаря, Ксения. Ксения Никифоровна когда-то закончила Гнесинское училище и была превосходным музыкантом.

С ее приездом в доме зазвучала музыка, и дети принялись разучивать песни. Еще никогда Сашке не было так весело. С дочерьми и внуками старенького библиотекаря было настолько интересно, что на какое-то время Сашка даже забыл про существование Интернета и с головой погрузился в эту удивительную, доселе незнакомую ему атмосферу творчества, литературы и искусства.

Около дома Никифора Петровича устроили импровизированную сцену, а напротив расчистили места для зрителей. Соседи собрались к назначенному времени, прихватив с собой из дома стулья. Здороваясь друг с другом, они рассаживались в полукруг. Я аппарировать вслед за ним не. Минута пути, чтобы успокоиться. Я не знаю, каким образом, но узнал. Дверь в кабинет была открыта, и еще из коридора я увидел Флетчера, прислонившегося к книжному стеллажу скрестив руки на груди.

Выражение его лица за прошедшую минуту не изменилось. Ты мне прямо сейчас представляешь удовлетворительное объяснение, какого черта скоростное зелье превратилось во вшивую полировку, или прямо сейчас же вылетаешь из команды с черной карточкой. Думаю, на ваши вопросы смогу ответить. За моей спиной, также как и Флетчер, скрестив руки на груди, стоял Снейп. О, Мерлин… Я все-таки впутал его в эту историю… Хотя я бы покривил душой, если бы сказал, что не был рад неожиданной поддержке.

Хм… тем более от Снейпа. Флетчер выпучил глаза, открыл рот, снова закрыл и, наконец, заговорил. Голос у него стал хриплым.

Я не понимаю… это вы испортили зелье? Это можно было принять и за раздражение, и за издевку. Я имел в виду, что вы сделали совсем не то, что я вам заказывал. Это, без всякого сомнения, рецепт полировки.

Я стоял, затаив дыхание. Невероятно… Снейп врет ради меня? Но метлы не летали быстрее. Как же так получилось? От тона, каким Снейп произнес последние слова, веяло арктическим холодом. Зельевар был зол, это точно… мне ли не знать. Но почему же тогда мне кажется, что я наблюдаю за тщательно отрепетированным спектаклем? Но… тот человек, который это мне принес, он никогда не подводил нас… — Мистер Флетчер, я вижу, — он вновь сверился с листочком, — что зелье должно было получиться прозрачным, светло-желтого оттенка, обладать запахом листьев облепихи и иметь густую консистенцию.

Шоу начало доставлять мне удовольствие. Мне даже стало жалко сейчас тренера. Он-то, бедняга, уверен в своей правоте на сто процентов, но переговорить Снейпа — это утопия. Я с удовольствие разложу его при вас на составляющие.

Я не хотел вас обидеть… Значит, все-таки я получил неправильный рецепт, — он сокрушенно покачал головой. А, собственно, почему вы так расстраиваетесь, Марикус? Поттер ведь завершил матч в вашу пользу, поймав снитч? Или я так плохо разбираюсь в квиддиче, что чего-то не понял? А вы, Марикус, вы сам разве не лгун? Я повернулся к Флетчеру. В его глазах плескалась неудержимая ярость. И чтобы до этого момента ты мне на глаза не попадался.

Мне это было только в радость. Я пулей выскочил из кабинета и бросился догонять Снейпа. Догнав его почти уже на выходе из здания, я остановился, пытаясь выровнять дыхание. Он зол на меня? Я никогда не вру без особой необходимости в отличие от вас и вашего тренера. Если бы вы хорошо учили мой предмет в школе, то без сомнения знали бы, что, кроме набора ингредиентов, свойства любого зелья определяются целым комплексом факторов.

Например, порядком добавления компонентов в котел, температурой и интенсивностью пламени, скоростью и направлением помешивания, временем суток… Вам достаточно? То есть, вы хотите сказать, что из этого набора действительно получилась обычная полировка?

А самая лучшая полировка для метел из ныне существующих. А ведь он, кажется, гордится. Я знаю, вы не очень любите квиддич… — А вот за это, мистер Поттер, благодарите не меня, а вашего друга. Мистера Ульриха, если мне не изменяет память. Он попросил меня придти сюда, мотивируя это тем, что вы страшно боитесь разоблачения.

Но я не… Да. Спасибо, сэр, за то, что не отказали. Снейп сухо кивнул и вышел на улицу. Я обессилено привалился к стене. Что же это за черт такой? Зачем Дит пошел к Снейпу? Мы ведь даже не говорили о предстоящем матче друг с другом. Я и боялся-то не так уж сильно… Черт! Что теперь Снейп обо мне подумает?

Какой же я, наверное, трус теперь в его глазах! Сначала сам эту кашу заварил, а потом первый же наложил в штаны … Выходит. Ну как, как Дитер мог так подставить меня? За меня переживал или выискивал повод лишний раз увидеться со Снейпом? Я посчитал до десяти и направился к выходу из подсобных помещений. Команда меня почему-то не дождалась — низость с их стороны, на мой взгляд. Но сейчас это не так уж сильно меня волновало.

Может быть, так даже к лучшему. Злость, кипевшая во мне, должна была вылиться на того, кто больше всех ее заслуживает. Что ты так долго?

История одного героя

Я тут чуть с ума не сошел от волнения! Просто кивнул и прошел мимо, — он вздохнул. Он тебе сказал, да? Я же просил его… знал, что ты расстроишься, если узнаешь. А зачем тогда делал, если знал? Объясни мне, пожалуйста, может я все-таки пойму, а? Может я все-таки не такой дурак, что у меня за спиной можно делать все, что не заблагорассудится?

Я же видел, что ты сам не. И понимал, что если Флетчер тебя поймает, то ты лишишься работы, а Англия лишится такого ловца как ты! Но в основном за тебя, — он улыбнулся. Так, как он улыбается только.

Именно так он улыбается тогда, когда хочет растопить мое сердце. Действительно, какой смысл злиться на человека, который желает тебе добра?

ьДНПО тПУФБО. уЙТБОП ДЕ вЕТЦЕТБЛ

Даже если он выбрал не самый удачный способ оказания помощи. Ты ведь знаешь, какие у нас с ним тяжелые отношения? Но Снейп — единственный, кто мог выручить тебя в данной ситуации, ты ведь это понимаешь. Кто еще, кроме гениального зельевара, может уболтать твоего тренера, если речь идет о зельях? Я вспомнил ошарашенное выражение лица Флетчера, и на душе потеплело.

А может, Дитер не так уж неправ? Я за тебя волновался. Такой разговор мог бы оттолкнуть его от меня, и тогда он отказал бы тебе в помощи. Мы сидели в маленьком, но очень уютном ресторанчике в северной части города. Я никогда здесь не был — мы обычно обедаем у Тома, если неохота готовить, но Дит настоял на том, что нам нужно сменить обстановку, чтобы от души отметить победу. Он меня даже уговорил выпить бокал вина.

Сначала я противился, но сейчас не жалею — настолько все вкусно. Салат из яблок и грецких орехов просто тает во рту, индейка в меру прожарена, а вино такое легкое, что я даже засомневался, что в нем есть градус. Вдруг бы не отказал? Я уверен, что мы с ним еще когда-нибудь столкнемся. Ну, случайно, — пояснил он, увидев мой недоумевающий взгляд. Но работа-то тебе нужна. Я поищу… где-нибудь в другом месте, — он подцепил на вилку здоровенный кусок индейки и отсалютовал мне им, — не переживай.

Меня это малость напрягало. Просто… он мне не очень понравился, — Дит в который раз за последние полтора часа посмотрел на дверь. Как ты снитч сегодня поймал — красота!

Вечер тянулся удивительно медленно, наполняя душу непривычным за последнее время спокойствием и уверенностью в завтрашнем дне. Официант прошел по залу и зажег свечи на каждом столике, подарив каждой паре по маленькому кусочку такого интимного тепла. Дит, кажется, заказал мне еще бокал вина. Сегодня я и впрямь победитель. И не без помощи Дитера. Осень вступила в свои права, принеся с собой спокойствие и умиротворение. И почему люди так часто ей не рады? Флетчер больше не вспоминал тот случай, по крайней мере, при мне, и тренировки доставляли привычное удовольствие.

Дома все тоже было более или менее спокойно: Дит мотался по собеседованиям, забросил, наконец, свой ноутбук и ежедневно готовил ужин. Так, как умеет, но и это было страшно приятно.

Когда я проснулся, Дита уже не было, и я вспомнил, как вчера он предупредил меня, что у него назначена встреча на два часа дня в очередной лаборатории. Завтрак я уже проспал, и обедать мне тоже предстояло в одиночку. А поскольку холодильник встретил меня почти пустыми полками, было принято решение отправляться обедать в какое-нибудь общественное место. И на пути обратно обязательно купить продуктов к ужину, иначе нам придется довольствоваться простой яичницей.

Не могу сказать, что мне сильно хотелось выходить из дома, но желудок, услышав, что вместо обеда и завтрака вместе взятых, он имеет шанс получить всего лишь яичницу, решительно воспротивился. Дождей пока не было, что очень сильно радовало Дитера и слегка огорчало меня — я, на самом деле, люблю сентябрьские дожди. В те моменты, когда я не на матче. Не знаю, почему я решил пойти именно в тот ресторан, в котором мы с Дитом отмечали недавно победу.

Может, потому, что я не очень хотел отвечать на расспросы Тома о причине моего прихода в одиночестве. Неделю назад я уже говорил ему, что Дит ходит по собеседованиям, и мне отчаянно не хотелось вновь расписываться в его бессилии найти работу. Так что лучше было пойти туда, где никто тебя не знает и шанс встретить знакомых минимален.

Они сидели за тем самым столиком, где мы отдыхали с Дитом в прошлый. Вот, значит, какое у тебя собеседование, а, любимый? Просто слова и резкие обвинения бесновались в моей голове, стремясь поскорее отправиться по адресу, но язык словно прилип к небу, а ноги, казалось, приросли к полу.

Я стоял около входа, скрывшись, насколько это было возможно, за колонной, и, как завороженный, наблюдал за разворачивающимся передо мной спектаклем.

Когда я их только заметил, они сидели друг напротив друга, Дит молча поглощал жаркое, запивая его соком. Снейп, осторожно держа в руках чашку с каким-то горячим напитком, что-то говорил, слишком тихо, чтобы я мог разобрать хоть слово.

Ко мне поспешил официант, но я молча покачал головой, указав взглядом на сидящую пару. Как ни странно, он меня понял и исчез. Я вернулся к наблюдению очень вовремя: Дитер поднялся со своего места и пересел на стул, стоящий рядом со Снейпом. Теперь мне было видно его лицо: Медленно придвигаясь все ближе. Так, как улыбался только.

Точнее, это я так. Снейп хоть и нахмурился, но не отстранился. И тогда Дитер потянулся и, обвив руками шею зельевара, прикоснулся губами к его губам… НЕТ! Это было последней каплей. В носу противно защипало, а руки просто чесались кому-нибудь врезать. Дать в морду или заавадить, например, чтоб неповадно было… Нет, я должен это выдержать… Должен. Просто быть хладнокровным, непробиваемым, как скала.

Не за чем им знать… Я пересек отделявшее меня от них расстояние в два шага. Я пока не мог продолжать говорить, точно зная, что стоит мне сказать хоть слово, и голос предательски задрожит.

Дитер сжался в комок и не отрывал глаз от скатерти, словно его вдруг сильно заинтересовал узор на. Снейп же повернулся ко мне и спокойно посмотрел в. Да как вы только смеете? Что все это значит? Ну уж нет, больше этот номер у тебя не пройдет.

Я попал на чужое свидание, да, голубки? Мы о работе говорим… Северус принимает меня на работу, правда? Тот не обратил на Дита ровным счетом никакого внимания, пристально глядя на. У меня перехватило дыхание. Вот так уже, да? Я же не знал, что, прежде чем устроиться на работу, потенциальный сотрудник должен поцеловаться со своим будущим начальником.

Так, наверное, совместимость проверяется? Снейп хмыкнул и тут же прикрыл губы ладонью. В тот момент меня не смутило даже. О да, тут не поспоришь. И сколько же времени вы оба водили меня за нос?

Вот только смеюсь я над другим. Если вы позволите, я попрошу мистера Ульриха нас покинуть. Что ж, так даже интересней. Дитер вскочил с места. Гарри, я буду дома.

Мистер Снейп, я… я вам доверяю, — бросил он уже на ходу так тихо, что я еле расслышал. Видимо, это фраза для моих ушей не предназначалась… — А я вам нет, мистер Ульрих, — мне казалось, что Снейп сейчас рассмеётся. Это бесило, но какой-то частью разума, которая не была заполнена бессильной яростью, я его понимал. Дитер действительно выглядел крайне жалким. Я никогда его таким не видел… Я сел напротив Снейпа, сжав пальцами виски: Но сдаваться я не собирался.

Тем более, что терять мне уже нечего… Зашкаливающий гнев сменился холодной злостью. Снейп оставил мою грубость без внимания. Вы полагаете, я напоил его Амортенцией? Так имейте в виду на будущее, что меня не привлекает ваш ясноглазый друг.

Хотя не мог же я ожидать, что Снейп не догадается о моей ориентации после этой сцены ревности, в самом деле? Снейп помолчал несколько секунд, словно решаясь на что-то. Ну что за идиотский вопрос? Оно используется нечасто, поскольку достаточно сложно для приготовления. Я даже немного пожалел, что отказался принимать мистера Ульриха на работу — он, безусловно, одаренный молодой человек, раз сумел сварить это зелье.

Похвала в адрес Дитера меня сейчас интересовала меньше.

История одного героя / folksacdeli.tk

Зелье не может заставить полюбить, но вот верить в нелепые оправдания заставить. Вы выдвинули серьезные обвинения против Дита, я не могу поверить просто вам на слово. Я уже отчаялся услышать от него какие-либо объяснения и просто буркнул: Я поднял на него взгляд.

Он смотрел на свои переплетенные пальцы, казалось, раздумывая о чем-то, затем тряхнул головой и провел рукой по волосам от корней до самых кончиков, приглаживая разметавшиеся пряди. Но в этот раз дело касается вас не меньше, чем меня, поэтому я, наверное, могу вам открыть необходимый момент. Вместо этого он, бросив пару монет на столик, подошел ко мне, крепко обхватил руками за плечи и аппарировал, унося нас обоих в неизвестном направлении.

Полки были даже над дверью, окном и камином. В центре комнаты, вокруг журнального столика, теснились диван и два кресла, оставляя бессмысленно свободным очень большое пространство. Очевидно, это была библиотека в доме Снейпа. Хотя это могла быть и просто гостиная, учитывая его любовь к книгам. Несколько секунд я с интересом разглядывал незнакомое помещение и чувствовал себя почему-то очень уверенно и спокойно, не осознавая, что сильные руки Снейпа все еще крепко сжимают мои плечи.

Когда до меня это дошло, я резко повернул голову назад, достаточно быстро для того, чтобы поймать взглядом какое-то диковатое выражение на лице своего бывшего профессора, но недостаточно быстро для того, чтобы понять, что оно значило. Хотя с чего бы это? В ответ на мое движение Снейп тут же сбросил руки и подбородком указал на одно из кресел. И только попробуйте что-нибудь тронуть. Я оглянулся по сторонам и фыркнул. Как же это я мог забыть, что книги для мистера Поттера не существуют как факт.

Он развернулся на каблуках и вышел из комнаты, не дав мне ответить. Ну и хорошо — я бы все равно ничего умного так быстро не придумал. Я втянул ноги на кресло и обвил руками колени. Казалось, что где-то в груди засела тупая игла. Так странно это все… С утра был день как день, и ничего не предвещало неприятностей… И вот как все вышло. Что же такое натворил Дит? Я не мог поверить в его предательство, несмотря на увиденное в ресторане.

Все это казалось дурным сном, не. Но, судя по всему, между этими двоими все это время происходило что-то. Что-то скрытое от. И осознание этого факта причиняло боль. Как только я услышал приближающиеся шаги, то сразу спустил ноги с кресла. Не хватало еще за это выволочку получить. Но не тут-то было… — Если вы действительно хотели скрыть от меня факт порчи моей мебели, то должны были потрудиться убрать с обивки следы ваших ботинок, мистер Поттер, — говоря на ходу, Снейп подошел к столу и поставил на него знакомую мне каменную чашу.

Так, словно впервые. Я удивлен, если не сказать. Навсегда застряли в маггловском мире, а, мистер Поттер?